Религиозный экстремизм: анализ законодательства РФ и зарубежных стран

Тимофеева Л.Д.

Ни у кого не вызывает сомнения степень общественной опасности экстремизма как преступления. С развитием государства и общества экстремизм получает свое развитие как противостояние складывающемуся строю, приобретая все новые виды. В данный момент существуют многообразные виды экстремизма – политический, религиозный и т.д.

В сложившейся на сегодня ситуации недоверия к политике экстремистские религиозные организации приобретают все большее влияние на людей, поэтому в данной работе будет рассмотрен именно религиозный экстремизм как одна из проблем, сложившаяся в Российском обществе

Сложившаяся религиозная ситуация в многоконфессиональной России, и в частности, усиление проявлений религиозного экстремизма, требует пристального внимания со стороны как законодателя, так и правоохранительных органов. Имеющиеся правовые пробелы затрудняют задачу противодействия религиозной экстремистской деятельности. Отсутствие в законе единого унифицированного определения понятия «религиозный экстремизм» не способствует созданию универсальной теоретической основы борьбы с этим явлением.

Обращаясь к понятию религиозный экстремизм стоит отметить, что отечественное законодательство не содержит определения религиозного экстремизма, хотя и закрепляет ответственность за экстремистскую деятельность религиозных объединений. Это является очевидным минусом с точки зрения противодействия экстремизму, так как отсутствие законодательного определения порождает многообразие научных взглядов на данное понятие, а соответственно и разрозненность мнений  при разработке мер по предотвращению экстремизму.

В религиозном экстремизме существенную роль, несомненно, играет религия. Под религией понимается форма общественного сознания; совокупность духовных представлений, основанных на вере в существование бога (богов) или сверхъестественных сил, а также соответствующее поведение и специфические действия (культ) [1].

М.А. Яворский определяет религиозный экстремизм как крайнюю форму реализации радикальной религиозной идеологии, выражающаюся в осуществляемых по мотивам религиозной нетерпимости противоправных деяниях лиц и (или) групп, приверженцев определенного вероучения, а также в публичных призывах к совершению таковых деяний по отношению к лицам и социальным группам, не разделяющим взгляды и убеждения экстремистов [2].

Следовательно, проявления религиозного экстремизма имеют место там, где сталкиваются противостоящие в идеологическом плане субъекты.

Основными признаками религиозного экстремизма являются:

  • наличие религиозной идеологии, основой которой является нетерпимость к сторонникам иных религиозных взглядов;
  • идеологическое обоснование применения насильственных средств и методов;
  • доминирование эмоциональных способов воздействия в процессе пропаганды религиозных экстремистских идей;
  • создание «непогрешимого» образа лидера религиозного экстремистского культа;
  • наличие деформации сознания у членов экстремистского религиозного объединения, заключающейся в негативном отношении к общепринятым социальным нормам, и др [3, с.4].

Причины развития и распространения в обществе экстремизма многочисленны, однако, главными причинами экстремизма, являются социально-экономические причины.

Одной из наиболее эффективных мер противодействия религиозному экстремизму в России считается закрепление уголовной ответственности за организацию деятельности экстремистской организации. Под экстремистской организацией законом от 25 июля 2002 г. №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [4] понимается общественное или религиозное объединение либо иная организация, в отношении которых по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

Уголовный кодекс РФ в ст. 282.2  предусматривает ответственность за

  • организацию религиозного объединения, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, под которой, следует понимать действия организационного характера, направленные на продолжение или возобновление противоправной деятельности запрещенной организации (например, созыв собраний, организация вербовки новых членов, шествий, использование банковских счетов, если это не связано с процедурой ликвидации) и
  • участие в деятельности экстремистской организации под которым понимается совершение лицом умышленных действий, направленных на осуществление целей экстремистской организации (проведение бесед в целях пропаганды деятельности запрещенной организации, вербовка новых участников, непосредственное участие в проводимых мероприятиях и т.п.) [5].

Данное преступление имеет формальный состав, считается оконченным с момента совершения любых действий организационного характера, направленных на невыполнение судебного решения о ликвидации или запрете деятельности экстремистской религиозной организации.

Наглядным примером привлечения к ответственности за организацию религиозной организации, ведущей экстремистскую деятельность может служить следующий: на протяжении ряда лет на территории Республики Татарстан и некоторых других субъектов РФ осуществляло деятельность международное религиозное объединение «Нурджулар», которое было основано в Турции после Первой мировой войны муллой Саидом Нурси, проповедовавшим крайне радикальные взгляды. Позднее, в 70-х гг. прошлого века, идеи С. Нурси по установлению шариата активно стал проповедовать имам Фетхулла Гюлен Хаджи эфенди, в связи с чем он неоднократно привлекался к уголовной и административной ответственности.

«Нурджулар» является многоуровневой, четко структурированной организацией. Одним из главных направлений ее деятельности являются внедрение и продвижение своих адептов в органы власти и управления как в Турции, так и в России и других странах СНГ. Особое внимание «Нурджулар» уделяет пропаганде в различных странах исламских и пантюркистских идей путем создания подконтрольных светских и религиозных учебных заведений различного уровня. Так, в России было открыто более 20 учебных заведений.

Общая направленность воспитания и общения в них, учитывая их ярко выраженную антироссийскую направленность, преследует цель создания протурецки настроенной прослойки российского общества, которая в перспективе будет формировать «турецкое лобби» [6].

Последователи «Нурджулар» осуществляют на территории России издание, перевод и распространение книг С. Нурси, которые содержат информацию, направленную на возбуждение религиозной розни (между верующими и неверующими людьми), а также информацию, обосновывающую и оправдывающую необходимость распространения указанных утверждений и заявлений.

Признание в судебном порядке книг С. Нурси экстремистской литературой (судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда 18 сентября 2007 г. решение Коптевского районного суда г. Москвы оставлено без изменения) явилось одним из оснований для обращения Генерального прокурора РФ в Верховный Суд РФ с заявлением о признании международного религиозного общества «Нурджулар» экстремистским и о запрете его деятельности на территории России. Решением Верховного Суда РФ от 10 апреля 2008 г. [7] требования Генерального прокурора РФ удовлетворены на основании требований ч.2 ст.9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». Суд пришел к выводу, что деятельность структурных подразделений «Нурджулар» на территории Российской Федерации угрожает межнациональной и межконфессиональной стабильности в обществе, территориальной целостности государства.

Проблема религиозного экстремизма масштабна, она находит отражение не только в России, но и в ряде других стран, так, например, в марте 1995 г. в токийском метро члены секты Аум Синрикё (в Аум Синрикё проповедуется освобождение от страданий с помощью духовной практики, и превосхождение одного за другим страстей и мирских желаний) распылили ядовитый газ зарин. Погибли 12 человек, еще 54 человека получили тяжелое отравление, около тысячи временно потеряли зрение. Даже после терракта в токийском метро последователи Аум Синрикё, в том числе, на Украине и в России, в большей своей части остаются верны своему гуру, прослушивая и просматривая кассеты с проводимыми им медитационными сеансами.

В зарубежных странах разжигание религиозной ненависти (вражды) законодатели относят, как правило, к категориям:

а) преступлений против общественного порядка, общественного спокойствия, общественной безопасности (например, в Австрии, Нидерландах, Норвегии, Польше, ФРГ, Швейцарии);

б) государственных преступлений (например, на пространстве бывшего СССР - в Молдавии, Азербайджане, Киргизии, Туркменистане, из стран дальнего зарубежья - в Черногории);

в) преступлений против прав граждан (например, в Эстонии, Болгарии);

 г) преступлений против мира и безопасности человечества (например, в Белоруссии, Казахстане, Узбекистане, Латвии, Словакии, Хорватии);

д) преступлений на почве ненависти (например, в Канаде; этот же термин используется в документах ОБСЕ [8, с.122].

В зарубежном уголовном законодательстве в структуре рассматриваемых составов преступления религиозно-мотивированная или религиозно-ориентированная нетерпимость часто признается одним из альтернативно возможных предубеждений ненависти, наряду с прочими формами нетерпимости, например расового, этнического, гендерного, возрастного характера и т.д. В качестве примера: § 151 Уголовного кодекса Эстонии запрещает «действия, публично разжигающие ненависть или насилие на почве национальности, расы, цвета кожи, пола, языка, происхождения, религии, политических взглядов, финансового или социального положения»; п. 3 ст. 174 Уголовного кодекса Хорватии запрещает публично высказывать или выражать «идеи превосходства одной расы над другой, одной этнической или религиозной группы над другой, одного пола над другим, одной нации над другой или одного цвета кожи над другим с целью разжигания расовой, религиозной, национальной, этнической ненависти или ненависти по причине различия пола или цвета кожи, либо с целью уничижения». Сходным образом изложены диспозиции аналогичных статей уголовных законов Чешской Республики (разд. 198 УК), Финляндии (разд. 8 гл. 11 УК), Франции (ст. ст. 23, 24, 42 Закона от 29 июля 1881 г. запрещают публичное подстрекательство к дискриминации, национальному, расовому или религиозному насилию.

Объективная сторона возбуждения ненависти или вражды в западном уголовном законодательстве может включать в себя и такие альтернативные формы деяния, как унижение человеческого достоинства по признаку отношения к религии, пропаганда идей ненависти, вандализм [9, с.42-54]. В большинстве европейских государств обязательным признаком объективной стороны признается публичность совершения указанных деяний (есть и исключения, например ч.1 ст.226 УК Армении, предусматривающей ответственность за «непубличное» разжигание ненависти). Публичность предполагает не только использование СМИ (в том числе, электронных) при совершении преступного деяния, но и наличие ряда других, более широких, условий. Канадский Уголовный кодекс (ч.ч.1 и 2 ст.319), например, определяет публичность как совершение деяния путем заявлений в общественных местах или путем распространения заявлений способом, отличным от частных бесед [8, с.122].

Опыт применения законов, запрещающих возбуждение религиозной вражды и оскорбление религиозных чувств верующих в Канаде, Дании, Франции, Германии и Нидерландах почти однороден - везде эти законы ориентированы на необходимость защиты человеческого достоинства и активно применяются, предусматривая как уголовную, так и гражданскую ответственность. Законодательства Канады, Франции, Дании и Нидерландов обеспечивают защиту членов религиозных групп наравне с группами, объединяющим признаком которых является общность расы, национального или этнического происхождения. Если уголовное законодательство одних стран (Канада и др.) предусматривает необходимость наличия либо умысла на разжигание розни, либо вероятности нарушения мира в результате преступных действий, то в других странах (Франция, Германия, Дания, Нидерланды и др.) допускается осуждение за hate speech («враждебная речь») независимо от наличия умысла и возможных последствий.

Так, Верховный суд Нидерландов постановил, что факт оскорбления для группы лиц высказываний в их адрес относительно их расы или религии, определяется природой самого высказывания, а не намерением того, кто его публикует. В Канаде данное правонарушение предусмотрено общим правом, и для привлечения к ответственности за оскорбление религиозных чувств необходимо представить доказательства того, что оно угрожает общественному спокойствию. В некоторых странах редактор может нести ответственность за публикацию чьих-либо расистских заявлений, даже если он сам не разделяет эти идеи (Норвегия, Швеция) [10].

Законы Франции обеспечивают защиту лиц на основании их принадлежности или непринадлежности к определенной этнической, национальной, расовой или религиозной группе. Существенной чертой французской системы является право неправительственных организаций, в чьи задачи входит борьба с расизмом, возбуждать не только гражданские, но и уголовные дела по фактам расистских выступлений. Таким образом, большинство дел возбуждается антирасистскими организациями. Они вправе участвовать в возбужденном по их ходатайству деле наряду с представителем государственного обвинения, и при успешном исходе суд может взыскать в их пользу расходы по ведению дела. Во Франции неправительственные организации, имеют право возбуждать не только гражданские, но и уголовные дела по фактам религиозного экстремизма. Данные организации вправе участвовать в возбужденном по их ходатайству деле, наряду с представителем государственного обвинения, и при успешном исходе суд может взыскать в их пользу расходы по ведению дела (в дополнение к штрафам в порядке наказания).

Другая черта французской системы - широко используемая возможность взыскания штрафов и возмещения ущерба. Наказание в виде лишения свободы может применяться в случае совершения преступления повторно. На осужденного или лицо, признанное ответственным в гражданском порядке, в особенности за hate speech, может быть возложена обязанность опубликовать за свой счет ответ потерпевшего в ведущих газетах.

Французская система также предоставляет возможность выбора между уголовным делом и гражданским иском. Санкции в виде возмещения ущерба и высоких штрафов способствуют предотвращению подобного поведения в будущем, обеспечивают компенсации потерпевшему и отражают негативное отношение общества [10].

В Италии запрещены создание и деятельность организаций, пропагандирующих идеи дискриминации, национальной или религиозной вражды и установлены меры наказания для организаторов, участников и содействующих им лиц, а также уголовная ответственность за демонстрацию в общественных местах и на митингах запрещенных эмблем и символов.

В Германии с середины 80-х годов существуют специальные поправки к Конституции, запрещающие любую деятельность экстремистских организаций. В Основном законе Федеративной Республики Германии подчеркивается, что никому не может быть причинен ущерб или оказано предпочтение по признакам вероисповедания, религиозных или политических взглядов; свобода вероисповедания, совести и свобода религиозных убеждений и мировоззрения нерушимы; государство гарантирует беспрепятственное отправление религиозных обрядов; запрещаются объединения, цели и деятельность которых противоречат законам или направлены против конституционного строя или против идеи взаимопонимания народов; пользование гражданскими и политическими правами, доступ к государственным должностям, как и права, приобретенные на государственной службе, независимы от исповедуемой религии (ст.ст.3, 4, 9, 33). В Уголовном кодексе ФРГ предусматривается наказание на срок до трех лет лишения свободы или денежный штраф за оскорбление вероисповедания других граждан и религиозных обществ, а также за воспрепятствование отправлению религиозных обрядов, культов, если такие действия вызывают нарушение общественного порядка (ст.ст.130, 166, 167).

В США борьба с различными проявлениями экстремизма, в том числе и религиозными, объявлена одной из важнейших задач обеспечения внутренней безопасности государства. При этом вооруженный экстремизм определяется как незаконное использование или угроза силой, вооруженное насилие над людьми или собственностью для принуждения или устрашения правительства и общества, достижения политических, религиозных или идеологических целей.

В Конституции Японии подчеркивается, что все люди равны перед законом и не могут подвергаться дискриминации в политическом, экономическом и социальном отношении по мотивам расы, религии, пола, социального положения, а также происхождения; свобода мысли и совести не должна нарушаться и гарантируется для всех; ни одна из религиозных организаций не должна получать от государства никаких привилегий и не может пользоваться политической властью; никто не может принуждаться к участию в каких-либо религиозных актах, празднествах, церемониях или обрядах; государство и его органы должны воздержаться от проведения религиозного обучения и какой-либо религиозной деятельности.

В Канаде предполагается ответственность за совершение словесных действий, ведущих к указанным последствиям; в США на федеральном уровне и на уровне штатов ответственность предусмотрена именно за совершение насильственных преступлений при отягчающих, обусловленных идеями ненависти, а не за возбуждение ненависти в какой бы то ни было форме; попытки ужесточения законодательства о преступлениях на почве ненависти (hate crime laws) вызывают в Соединенных Штатах возражения профессиональных юристов и гражданского общества, так как в них видится угроза конституционным свободам [11].

Анализируя законодательство ряда зарубежных стран и Российской Федерации, можно сделать вывод, что наиболее эффективные меры противодействия с уголовно-правовой точки зрения предусмотрены во Франции, так как там допускается возбуждение уголовных дел неправительственными организациями, что служит наиболее объективной оценке ситуации и не нарушении прав и свобод человека на свободу совести, так как действия государства по предотвращению деятельности религиозных организации могут быть рассмотрены со стороны именно как нарушение гражданских прав и свод и лоббирования своих интересов. Поэтому, представляется целесообразным, для Российском Федерации перенять опыт иностранных государств (в частности Франции) в противодействии религиозной экстремистской деятельности и активно взаимодействовать с ними в рамках противодействия экстремистской деятельности.

Литература

  1. Словарь по естественным наукам. Глоссарий.ру URL:http://slovari.yandex.ru/религия/Естественные%20науки/Религия./ (сайт) (дата обращения 01.12.2011 г.).
  2. Яворский М.А.Причины и условия религиозного экстримизма в современной России // Юридический мир. 2008. №11.
  3. Поминов С.Н. Организация деятельности органов внутренних дел в сфере противодействия проявлениям религиозного экстремизма: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007.
  4. О противодействии экстремистской деятельности: федеральный закон от 25 июля 2002 г. №114-ФЗ // СЗ РФ. 2002. №30. Ст.3031.
  5. О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 г. №11 г. http://www.rg.ru/2011/07/04/vs-dok.html (сайт) (дата обращения 01.12.2011 г.).
  6. Давыдов М.Н. Деятельность турецкой религиозной секты «Нурджулар» (сайт) URL: http://www.iimes.ru/rus/stat/2007/03-11-076.htm. (дата обращения 01.12.2011 г.)
  7. Список организаций, признанных российскими судами экстремистскими (сатй) URL: http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/docs/2007/11/d11927 (дата обращения 01.12.2011 г.)
  8. Капинус О.С. Ответственность за разжигание расовой, национальной и религиозной вражды, а также за другие «преступления ненависти» по уголовному праву зарубежных стран // Современное уголовное право в России и за рубежом: некоторые проблемы ответственности: Сб. статей. М.: Издательский дом «Буквовед», 2008.
  9. Борьба с преступлениями на почве ненависти в регионе ОБСЕ. Обзор статистики, законодательства и национальных инициатив. Варшава: ОБСЕ/БДИПЧ, 2006.

Тимофеева Л.Д.

Религиозный экстремизм: анализ законодательства РФ и зарубежных стран

  • Уголовно-правовая ответственность за посягательства на интересы личности и общественной безопасности


Яндекс.Метрика