Гражданско-правовая ответственность интернет-провайдеров по договорам

Тюменцева Н.В.

Уже сегодня в нашем мире каждый человек может пользоваться  Интернетом и каждый, кто им пользуется часто, сталкивался с рядом проблем, связанных, прежде всего, с качеством услуг. На сегодняшний день сложилась  весьма парадоксальная ситуация в виртуальном пространстве: клиенты страдают от некачественных услуг связи, за которые должен отвечать провайдер. В то же время провайдер нередко наталкивается на конфликты, иногда перерастающие в судебный спор, которые вызваны нарушением абонентами правил поведения в сети. Если оператор связи реагирует на заявления третьих лиц и закрывает информационные ресурсы и информационные потоки абонента, то он подвергается юридическим притязаниям со стороны последнего, считающего, что нарушено его конституционное право на информацию, а в ряде случаев и на свободу слова. В случае, когда провайдер оставляет заявления третьих лиц без ответа, он может подвергнуться обвинению за все правонарушения, совершенные его абонентом, как соучастник.

В настоящее время нет четкого сформированного правового определения «Интернет», есть иллюзия, что гражданские правоотношения развиваются в этой среде по каким-то самобытным законам, не поддающимся корректированию правовыми нормами ввиду своей хаотичности. Возможно и по этой причине часть правовых вопросов, затрагивающие проблемы защиты интеллектуальных прав, уходят из-под власти цивилистической мысли под опеку административного, уголовного и информационного (если последнее может быть признано существующим) права, так и не раскрывшись в полной мере в науке гражданского права. При этом не стоит забывать, что «гражданский кодекс по сути своей предполагает и особенный собственный процесс защиты установленных им субъективных прав»[1].

Правовая политика в этом направлении определена Концепцией развития гражданского законодательства, п. 2 разд. VII которой говорит о том, что российское гражданское законодательство должно соответствовать современному уровню развития техники, стимулируя разработку и широкое использование новых технологий при одновременном обеспечении защиты интересов правообладателей.[2]

Чтобы разобраться в сложившейся запутанной ситуации, необходимо, прежде всего, разобраться с субъектным составом правоотношений в области гражданско-правовой ответственности.

Очевидно, прежде всего, что в юридических отношениях абонент и вышестоящий провайдер не находятся, следовательно, никакие санкции последним к абоненту применяться не могут, ибо они не проистекают ни из договора , ни из деликта, ни из закона. Это следует особо отметить, ибо на практике имели место случаи, когда вышестоящий провайдер при помощи своих технических средств блокировал информационные потоки абонента провайдера доступа. Данное нарушение все же устранялось после письменного запроса юридической службы последнего.

Следует также указать, что договорных отношений между третьими лицами и иными субъектами не существует. Гражданско-процессуальное правоотношение из деликта может возникнуть между третьим лицом и любым из субъектов, а наличие между ними материального правоотношения будет устанавливать суд. Кто же должен быть сторонами данного правоотношения – вопрос дискуссионный; на нем я остановлюсь ниже, определяя причинителя вреда, а также степень вины провайдера.

Таким образом, единственно гипотетически возможными основаниями привлечения провайдера к гражданско-правовой ответственности являются: а) невыполнение им своих договорных обязательств перед абонентом по договору предоставления услуг связи, а также перед вышестоящим провайдером по соответствующему договору, который зависит от сферы деятельности провайдеров. Например, это может быть договор аренды оборудования под сервер или подобный абонентскому договор по оказанию услуг связи; б) ответственность провайдера доступа может наступить за причинение вреда личности или имуществу гражданина [3] его деятельностью в Интернете либо действиями его абонентов. Другие основания с учетом того, что закон прямо не регулирует деятельность провайдеров, не могут даже предполагаться, исходя из логики и духа гражданского законодательства.

Далее необходимо выяснить, может ли на практике привлекаться к ответственности оператор связи по указанным основаниям, и если да, то какие условия должны служить причиной и  какие последствия за собой это повлечет.

Во-первых, за невыполнение своих договорных обязательств перед абонентом провайдер должен возместить убытки по правилам, предусмотренным ст. 15 ГК (п. 2 ст. 393 ГК). При этом имеется в виду неисполнение любой обязанности по договору, например неоказание услуг связи или оказание, но с нарушением требований о качестве. С учетом того, что письменный договор на оказание услуг связи заключается сегодня крайне редко, необходимо подчеркнуть, что при доказывании наличия у провайдера соответствующей обязанности необходимо будет ссылаться на обычаи делового оборота, в том числе и на обычаи поведения в сети.

В соответствии с ч. 3 ст. 401 ГК провайдер отвечает перед абонентом независимо от вины, но впоследствии будет иметь право предъявить регрессный иск согласно ст. 1084 ГК. Однако провайдер в договоре с абонентом может закрепить возможность привлечения к ответственности только при наличии вины.

Во-вторых, при взаимоотношениях с вышестоящим провайдером провайдер доступа может быть привлечен к ответственности только за неисполнение обязанности по контролю деятельности своих абонентов.

Дело в том, что некоторые вышестоящие провайдеры считают обоснованным возложение на провайдера доступа и всех его абонентов обязанности по соблюдению правил поведения в сети. Однако оператор связи не обязан контролировать, чтобы абоненты соблюдали какие-либо правила, ибо это противоречит понятию обязательства, закрепленному в ст. 307 ГК. В соответствии с ним одно лицо обязано совершить в пользу другого лица определенное действие либо воздержаться от его совершения. Но никто не может быть ответственным за то, что третье лицо совершит либо будет воздерживаться от совершения каких-либо действий. Подобное положение нарушало бы также ст. 21 ГК, ибо абонент, как дееспособное лицо, самостоятельно создает для себя гражданские обязанности и исполняет их.

Таким образом, представляется, что единственно возможным является закрепление в договоре с вышестоящим провайдером обязанности оператора связи осуществлять определенные действия по контролю за его абонентами. При этом необходимо оговорить перечень и объем проведения указанных мероприятий. И лишь за невыполнение или ненадлежащее выполнение данной обязанности, если она закреплена в договоре, может привлекаться к ответственности провайдер доступа; иными словами, если все оговоренные меры были предприняты, но абонент все равно нарушил правила поведения в сети, гражданско-правовой ответственности провайдера, вытекающей из договора, это влечь не должно.

В-третьих, последним возможным основанием привлечения к ответственности провайдера доступа является причинение вреда личности или имуществу гражданина[3]. Не вызывает вопросов привлечение провайдера к ответственности, когда он очевидно является единственным причинителем вреда. Однако как быть, когда вред причинен его абонентом?

Ответственным может быть только причинитель вреда, виновный в этом. Исключение из принципа виновности делают ст. 1079 и 1100 ГК. Очевидно, что к исследуемым отношениям относится только последняя статья. Таким образом, если провайдер доступа признан сопричинителем вреда, по всем делам, кроме дел о возмещении морального вреда, для привлечения его к ответственности необходимо также доказать наличие вины.

Но когда признавать оператора связи сопричинителем вреда? Достаточно ли того, что информационные операции, осуществляемые через его каналы связи, нарушают права третьих лиц? Полагаю, что нет.

Применительно к исследуемым отношениям причинителем вреда должен признаваться распространитель информации, нарушающей права третьих лиц. Термин распространение законодательно установлен только в отношении таких объектов интеллектуальной собственности как базы данных. Распространение программы для компьютеров или базы данных – это предоставление доступа к воспроизведенной в любой материальной форме программе для базы данных, в том числе сетевыми и иными способами, а также путем продажи, проката, сдачи внаем, предоставления взаймы, включая импорт для любой из этих целей. Однако представляется, что данное определение не может быть использовано по аналогии применительно ко всем данным, распространяемым по каналам связи. Представляется, что под распространением информации как таковой следует понимать увеличение числа субъектов-носителей информации, т.е. такое увеличение количества носителей информации, при котором одновременно и пропорционально увеличивается круг лиц, способных данную информацию осознать, передать и использовать, на которых данная информация будет воздействовать.

Итак, причинитель вреда совершает действия, которые приводят к указанным последствиям. Исходя из этого тезиса, представляется, что нельзя признавать провайдера сопричинителем вреда при совершении противоправных действий его абонентом по двум причинам:

  • информация может технически не доходить до сознания других пользователей Интернета по каналам связи провайдера доступа;
  • движение информации даже по его собственным каналам связи – это не результат его команд. Появление информации на общедоступных серверах или иные последствия не находятся в причинно-следственной связи с действиями провайдера, а только с действиями его абонента.

Высший Арбитражный суд Российской Федерации  на основании решений прошлых лет формирует так правовую позицию относительно ответственности провайдеров[4]:его идея сводится к тому, что судам следует учитывать степень вовлечения провайдера в процесс передачи, хранения и обработки информации, возможность контролировать и изменять ее содержание. Предполагается, что провайдер не несет ответственности за передаваемую информацию, если он не инициирует ее передачу, не выбирает получателя информации,  не влияет на ее целостность, а также принимает превентивные меры по предотвращению использования объектов исключительных прав без согласия правообладателя.

Особенности оснований гражданско-правовой ответственности интернет-провайдеров, как показал анализ практики, должны быть закреплены в гражданском законодательстве для эффективной защиты результатов интеллектуальной собственности, которые используются в сети Интернет и передаются с ее использованием, а также для привлечения к ответственности надлежащего субъекта и  защиты интересов провайдеров, осуществляющих свою профессиональную деятельность правомерно.

Отсюда вывод, что ответственность провайдера за действия его абонента крайне ограничена, а это не соответствует сложившейся практике. В связи с этим наилучшим способом защиты прав и законных интересов всех участников отношений по поводу предоставления услуг связи являются, во-первых, детальное составление договоров в виде единого документа и, во-вторых, оперативные и уверенные действия по защите своих прав юридическими средствами. Всё это только доказывает свою эффективность на сегодняшний день.

Литература

  1. Степанов С.А. Цивилистика классическая и постклассическая. Развитие основных идей Гражданского кодекса России в современном законодательстве и судебной практике: Сборник статей, посвященных 70-летию С.А. Хохлова, 2011. С. 89.
  2. «Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации» (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009). «Вестник ВАС РФ», N 11, ноябрь, 2009.
  3. "Гражданский кодекс Российской Федерации " от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 02.11.2013);
  4. Постановления Президиума ВАС  РФ  № 6672/11 от 1 ноября2011 г (со ссылкой на Постановление Президиума ВАС РФ от 23.12.2008 № 10962/08) С. 6 – 7.

Тюменцева Н.В.

Гражданско-правовая ответственность интернет-провайдеров по договорам

  • Правовое регулирование жизнедеятельности общества


Яндекс.Метрика